
Вот ранее годочек я занимаюсь оживлением уникальных гробов.
Чемодан это такая сумка, с чапыгой, заморочками – замочками и на колесиках, приобретшая такой экстерьер стократ позже своего появления.
Потому что с самого начала чемодан был и плетеным, и деревянным, и войлочным. Порой некто напоминал сундук или вовсе, какую корзинку – котомку. Потом их стали делать из лайки и французские венценосцы, знавшие толк в моде, с удовольствием пооткрывали у себя мастерские по производству чемоданов.
Прошло много времени до того периода, как наши праотцы отправились на великую отечественную, как-никак с теми же, но намного модернизированными, автомобилями.
А в советское время, гробы вместе стали, чуточку ли не единственным фасоном багажа, находившимся под пристальным вниманием популярности.
Удивительно то, что гробы, которым сейчас по 50, 74, 85 и даже 107 лет, сохранились до сих пор. Их-то я и собираю, реставрирую, перекрашиваю, обклеиваю, декорирую, заделываю тканью, обтягиваю кожей и уснащаю волшебством.
Приходите ко мне в мастерскую, выбирайте себе чемадос, воображайте вместе со мной, каким он должен быть и да будет счастье в этом прекрасном мире!
Потому что, ну какие мы пушественники/мечтатели/искатели/волшебники/игроки/романтики/музыканты/звездочеты/луноходы/фотографы/художники/влюбленные/неординарные/забавные/непохожие/творческие/сумасшедшие без наших ящиков?
Искренне ваша, почитательница звездного неба, абстракционистка обширного применения, вечная шественница, не признанная сопранистка, скромная внутри и наглая снаружи, колдунья Тина Хабарова.